russian-flag-large

Как решить проблему свалок в Подмосковье

Проблема огромных свалок в Подмосковье вроде полигона «Ядрово» под Волоколамском или Кучинского полигона под Балашихой, закрытого, но периодически «пахнущего», давно вышла в России на государственный уровень. С высоких трибун предлагают использовать современные методы утилизации и переработки отходов. Как борются с мусором за рубежом и можно ли такой опыт перенести на российскую почву — в материале News.ru.

Между свалками и крематорием

Тема мусорных свалок неоднократно поднималась в России на высшем уровне, в том числе и главой государства. О необходимости перейти к более цивилизованным способам утилизации президент Владимир Путин был вынужден сказать и во время 15-го послания Федеральному собранию.

«Многие полигоны переполнены, десятилетиями скапливались там эти отходы. Полигоны превратились в настоящие горы хлама вблизи жилых кварталов… В ближайшие два года должны быть закрыты и рекультивированы 30 крупных проблемных свалок в черте городов, а за шесть лет — и все остальные. При этом надо повысить долю обработки отходов с сегодняшних 8−9% до 60%, чтобы не накапливать новые миллионы тонн мусора», — дал указания Путин.

Свалки, по словам главы государства, росли на протяжении столетия, и этой проблемой никто не занимался. Однако настоящий всплеск роста как числа полигонов, так и отходов на них произошёл в 1990-е годы, когда товары стали массово продаваться в одноразовой упаковке. Москва с постоянным населением свыше 12 млн человек каждый год производит более 7 млн т бытовых отходов и ещё около 6 млн т промышленного мусора, и почти всё это оседает на свалках в Подмосковье. Живущие там почти 9 млн населения вносят дополнительную лепту в загрязнение окружающей среды.

Для других частей России эта проблема не так актуальна. Но Московский регион сопоставим по площади, численности жителей и плотности населения с некоторыми европейскими государствами, а потому вполне логично использовать для столицы и Московской области наработки развитых стран.

В Европе же значительную часть бытовых отходов перерабатывают, то есть используют как вторсырьё. В зависимости от страны на переработку идёт от 30 до 80%, в то время как в России этот показатель, по оценкам специалистов, не превышает 10%. Остальное просто свозится на свалки. Но если пищевые отходы ещё могут разложиться через какое-то время и даже удобрить почву, то пластик и металл остаются лежать практически вечно. Население столичной агломерации постоянно растёт, как и количество производимого среднестатистическим человеком мусора, поэтому дальнейшее захоронение отходов на полигонах не только выглядит тупиковым способом решения проблемы, но уже сегодня серьёзно угрожает здоровью сотен тысяч граждан.

Альтернативу свалкам в Москве предложили в начале 2000-х. Тогда в столичном правительстве всерьёз обсуждался проект строительства прямо на территории мегаполиса десяти мусоросжигательных заводов — по одному на каждый административный округ. Предполагалось, что вместо тотального сваливания на полигонах мусор, выкидываемый жителями Москвы, почти полностью будет сжигаться. Однако, несмотря на заверения чиновников о безопасности такого метода борьбы с отходами, москвичей почему-то не порадовала перспектива дышать парами вредных веществ. Жители столицы провели множество митингов и собрали сотни тысяч подписей под различными резолюциями и обращениями.

Максим Блинов/РИА Новости

Невыгодным оказался проект мусоросжигательных заводов и с экономической точки зрения. Для сжигания неотсортированных отходов, включающих в себя помимо прочего остатки пищи и металлы, требуется очень высокая температура и большое количество природного газа. Посчитав затраты, чиновники поняли, что сжигаемый мусор будет для города «золотым», и отказались от замысла.

Удачным оказался эксперимент нескольких частных предпринимателей, организовавших в конце 2000-х на севере столицы комбинат по переработке бытовых отходов. Вопреки прогнозам скептиков, жители районов, где проходил эксперимент, буквально в течение пары недель стали массово разделять мусор на две корзины: в одну складывали поддающиеся разложению на свалках пищевые отходы, в другую — твёрдые отходы, которые можно переработать. Комбинат не только соответствовал современным требованиям к экологии, но также приносил бизнесменам хорошую прибыль. Алюминиевые банки и стеклянные бутылки шли на переплавку, переработанный пластик брали фабрики по производству ковриков и покрытий для детских площадок. Помимо этого, мусорным машинам больше не пришлось возить на свалки «воздух» за десятки километров. Отходы, которые нельзя было переработать, прессовались на больших установках, и машины возили на полигоны уже брикетированный мусор, сокращая таким образом расходы на транспорт. Успешному проекту помешали большие доходы владельцев свалок, которые берут плату за каждую въезжающую на свалку машину, и комбинат по переработке отходов вскоре закрылся.

Сегодня распространению передового мирового опыта также мешает алчность «мусорной мафии». К этому добавляется отсутствие нужного числа специалистов по переработке отходов. У «мусорной мафии» сейчас есть два пути. Первый — оставить всё как есть, то есть продолжить сваливать отходы на полигонах. Второй — пригласить зарубежных специалистов и внедрить современные технологии утилизации. Однако этот путь грозит тем, что прибылью придётся делиться с иностранными компаниями, которые эти технологии предоставят.

Сергей Ведяшкин/АГН «Москва»

На дне

Ситуация с утилизацией отходов в некоторых крупных городах мира наглядно демонстрирует, что положение дел в Москве и Подмосковье ещё не достигло «дна». Например, в Каире мусор буквально разбросан по улицам, в центре города примерно на расстоянии нескольких десятков метров друг от друга можно увидеть горы мусора высотой в человеческий рост. Мусор в столице Египта сортируют вручную жители так называемого города мусорщиков — квартала, где живут потомственные уборщики улиц. Рано утром они отправляются с тележками на помойки и отвозят содержимое контейнеров прямо к себе во дворы, где в дальнейшем его разбирают все члены семьи, включая детей и стариков. Понятно, что, несмотря на энтузиазм представителей мусорных династий, проблема отходов остаётся для города одной из самых важных.

Не лучше ситуация и в индийской агломерации Мумбай с суммарным населением почти в 30 млн человек. Там люди, видимо, свободны от экологических «предрассудков» и предпочитают выкидывать мусор, где попало. Например, многие автобусы ходят без стёкол как раз для того, чтобы пассажирам удобнее было выбрасывать за окно ненужные предметы. Как и в Каире, переработку отходов в Мумбае отдали на откуп мусорщикам, но они явно проигрывают борьбу за чистоту.

Мумбай, ИндияHindustan Times/imago stock&people/Global Look Press

Мумбай, Индия

Чистые города

Позитивные примеры — это когда власти городов активно используют политику «кнута и пряника» и совмещают её с использованием высоких технологий. Например, в Великобритании за неправильную сортировку мусора гражданину грозит штраф до тысячи фунтов стерлингов, за соблюдением правил хранения отходов в Германии следит специальная полиция, а в Сингапуре придётся заплатить штраф даже за плевок на улице. Одновременно власти многих городов платят своим жителям за сбор металлолома, стекла, макулатуры и всего того, что можно переработать. В Германии за сданную алюминиевую банку платят от 5 до 10 евроцентов, в Бразилии за шесть сданных пакетов мусора можно получить пакет с едой, а в Мексике — талоны на бесплатные овощи.

Одновременно в некоторых странах мира решили в некотором роде воспользоваться опытом СССР. Одноразовую упаковку заменила тара, которую можно использовать много раз. В некоторых странах Европы популярность набирают обычные авоськи. Кстати, уже более чем в 40 странах пластиковые пакеты либо запретили полностью, либо заметно увеличили их розничную цену. Во Франции пошли ещё дальше. С 2020 года там будет запрещена даже одноразовая посуда и пластиковые ватные палочки. В Швейцарии уже на протяжении нескольких лет человек не может купить прохладительные напитки, пока не сдаст в магазин уже использованные бутылки. За подсолнечным маслом и многими другими продуктами также часто ходят со своей тарой.

Конечно, такая политика сочетается с наличием достаточного числа мусороперерабатывающих комбинатов и внедрением всё более совершенных методов утилизации. Результат в некоторых городах уже налицо. Если каждый год после россиянина в среднем остаётся около 500 кг мусора, то после жителя Словении только 120 кг, а к 2020 году эту цифру там планируют сократить до 50 кг. К этому же времени хотят свести к нулю количество отходов, отправляющихся на свалки в Сан-Франциско. Но передовым городом в этой сфере можно считать небольшой японский Камикатцу с населением в две тысячи человек, там уже более 80% бытовых отходов перерабатывается и используется повторно.

Источник

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>